Герхард Терстеген. О духовном возрождении

Герхард Терсте́ген

Письмо 66-е

О неразберихе и суете у новоначальных христиан при духовном возрождении,
и как Бог в своё время всё расставляет по своим местам.

* * *

Возлюбленный во благодати Господней брат!

Твоё письмо, доставленное дорогими мне братьями М. и G. (чрез коих думаю послать и ответ), только что благополучно получил, и радуюсь нашему единомыслию.

Конечно, без некоторой оторопи и печали невозможно наблюдать многоразличные пути новообращённых христиан, порой исполненные неразберихи, шума и суеты[1]. И однако же не всё и не во всём нужно без различения ругать и отвергать, поскольку многим ведь не хватает поддержки и руководства; а сами они, из-за бедственной неспособности их беспокойных и устремленных вовне душ распознавать и воспринимать подлинные внутренние привлечения от Отца (Ин. 6, 44) и действия благодати, не могут управить себя. Если бы сии новоначальные христиане не ходили всё время по кругу, но должным образом поспешили бы прямо к цели, для чего поставили бы во главу угла подлинное освящение и внутреннее богообщение во Христе и мудро соразмеряли бы с этим всё остальное, – то они не пребывали бы всегда вдали от истины и не тратили бы драгоценные, но в них ещё очень слабые благодатные силы на бесполезные вещи.

Всё, что только приводит ищущую Христа душу к умиранию для тварной, чувственной и самостной жизни (Кол. 3, 3); всё, что только питает, укрепляет и собирает сердце и вливает в него любовь и благоговение к соприсутствующему нам Источнику любви – всё сие достойно всякого принятия, как бы мало́ и «овнешнённо» само по себе оно ни было. Если бы мы учились познавать дерево по его плодам (Мф. 7, 16–20), то скоро смогли бы с точностью определить, насколько в каждом случае новоначальная активность содействует или препятствует Царству Христову.

Непросвещённое и необученное око никогда не сможет узреть, сколь велика неспособность детей ветхого Адама к подлинному общению со своим Богом и Источником жизни. И как глубоко и долготерпеливо сие вечное Благо снисходит к нам и водит нас на помочах, дабы всякая мешанина в нас всё более прояснялась, и мы поистине приближались к Нему и становились способными к общению с Ним! Он закрывает глаза на тысячи наших глупостей и проводит искреннюю душу через них, зная, как всё поставить на своё место в своё время. Мы уразумели сие отчасти в себе самих; будем же снисходительны к другим! Усмотрим в них доброе основание и намерение и поможем им найти истинный путь.

Отнюдь не без Божьего промысла, побуждения и содействия происходит, что то в одной, то в другой стране, в разные времена и среди разных людей возникает широкое духовное пробуждение, подобное бурному ветру, и многих обращает ко благу. Да, сюда неизбежно примешивается, как среди пробуждённых, так и пробуждающих, очень много человеческого, нечистого, сектантского. Но долготерпеливая Любовь снисходит сему и благословляет даже и ущербный, но предпринятый с благими намерениями труд. Кратко сказать: заброшена сеть и извлечено множество рыб всякого рода (Мф. 13, 47–78). По некотором времени постепенно становится тихо, и, кажется, духовное возрождение сходит на нет. Многие, поучаствовав в его суматохе без основательного внутреннего изменения, возвращаются на старое; подлинные христиане всё яснее видят недостаточность прежнего рода действий; сеть расторгается, и каждый идёт своим путём. Не есть ли это руководство Премудрости для настоящих христиан? Не хочет ли она привлечь их к более глубокому вхождению вовнутрь и к большему вниманию, дабы её тихий голос был услышан в сокровенностях внутреннего человека – что при предшествующей неразберихе и сумятице было невозможно?

И таким образом в своё время божественная Премудрость упорядочивает и расставляет всё по своим местам, как в общем, так и в частном. Что раньше пробуждало, питало духовную жизнь и способствовало ей, более уже не проявляет своего прежнего действия; и даже желание и возможность прежнего благочестия часто удивительным образом отнимается от людей, поскольку благодатные силы углубляются вовнутрь и уже не воспринимаются в чувственно-рассудочной сфере, но требуют себе места в тишине и святыне внутреннего человека. И тогда для души наступает время некоего святого сепаратизма – когда она обретает жизнь Христову и входит в неё не в каких-то внешних действиях и общем шуме, и не своими усилиями, но тем, что даёт в себе место действовать Господу и во внутреннейшем смирении и отделении себя от всего, что не есть Бог и Божие, ожидает от Его чистой благодати того, что сам человек себе дать никак не может. Ибо поистине ничто не оправдает и не упокоит нас, если Сам Бог не будет беспримесно действовать и приобщать нас Себе в основании души. Там открывается нам, бедным грешникам, вечная и столь близкая к нам любовь Божия в святейшем имени Иисус-Эммануил. В Него да погрузимся и да живём Его всесильной благодатью! Ему слава во веки веков. Аминь.

_______________________

[1] Речь идёт о поверхностном и экзальтированном христианстве во многих общинах, массово возникавших во время так наз. «Великого духовного пробуждения», охватившего Северную Америку и Европу в конце XVII – первой половине XVIII вв. См. трактат автора «Предостережение от духовной поверхностности и беспечности». «Путь истины», М., 2018, стр. 197 и слл.

Print Friendly, PDF & Email
comments powered by HyperComments

Читайте также:

НаверхНаверх