Рецензия на книгу Ганса Шварца «Мартин Лютер. Введение в жизнь и труды»

Опубликовано (в сокращении) в газете «НГ-Религии», июнь 2014

I

lutherВышедшая книга – одна из первых «ласточек», призванных заполнить весьма существенную лакуну, имеющуюся в русскоязычном богословском пространстве. Дело в том, что у нас почти нет книг, рассказывающих о сути и особенностях, о происхождении и развитии протестантизма – второй по числу приверженцев христианской деноминации. Все существующие тексты (и даже таких текстов мало) либо полемичны, будучи написаны с конфессиональных позиций (в качестве примера здесь достаточно указать на книгу католика Ивана Гобри «Лютер», вышедшую в издательстве ЖЗЛ), либо обнаруживают удивительное незнание предмета, понимая под протестантизмом в лучшем случае баптизм, а главным образом современные неопротестантские образования (большинство современных православных брошюр и книг). Между тем появление протестантизма – вовсе не чьи-то «козни» и не «апостасия», как можно прочитать в вышеназванных книгах, а признак взросления христианства в его историческом развитии. Многие вещи, содержащиеся в церковной жизни в потенции, были актуализированы протестантизмом (прежде всего это сфера личной христианской свободы и ответственности и границы авторитета церковных институций). Поэтому очень важным представляется появление книги, излагающей жизнь и богословие одного из родоначальников протестантизма – Мартина Лютера – с нейтрально-благожелательных позиций.

II

Понимание процессов, происходящих в Римо-Католической Церкви начала XVI века и ответа на них раннего протестантизма тем более актуально, что сегодня, судя по многим признакам, и перед Православной Церковью встают многие проблемы, через которые прошли католицизм и ранний протестантизм. Я имею в виду нынешнее состояние церковной пастырской педагогики, вопросы соотношения внешнего и внутреннего, личного и соборного в Церкви, вызовы секуляризма и т. д. Драгоценный опыт прошлых веков, осуществившийся как в Реформации, так и в Контрреформации, помогает нам не «изобретать велосипед» в поисках осмысления этих проблем, но учитывать этот опыт. А для этого нужно, конечно, быть хорошо знакомым с западным христианством не по полемическим текстам церковных писателей XIX в., пусть даже прославленных в лике святых, и не по малочисленным современным книгам, характеристику которых я дал выше, а по источникам и адекватным научным и популярным работам западных исследователей. Перевод источников – дело будущего; популярная же книга западного исследователя – перед нами.

III

К несомненным достоинствам этой книги относится понятное, со многими удачными формулировками, изложение богословия Лютера. Нужно сказать, что это не простая задача – ведь Лютер не был систематическим богословом. Автор книги справедливо отмечает: «Лютера интересует не умозрительное, а связанное с практической человеческой жизнью богословие» (стр. 58). И основные постулаты такого практического богословия Ганс Шварц интерпретирует очень удачно: «Верить – значит быть уверенным в слове Божием, а не в самом себе как верующем». «Верующий человек не автономен, он “теономен”, то есть источником и целью его жизни является Бог» (стр. 79). Третья глава книги («Вера и разум») при вдумчивом чтении высвечивает для православного читателя вопрос о различном понимании веры в раннем протестантизме и православии – без чего вообще невозможно сколько-нибудь адекватно рассуждать о протестантизме (как это у нас по большей части происходит). В четвёртой главе с «тавтологическим» названием – «Божественная сущность Бога» правильная и корректная постановка автором сложных богословских вопросов даёт читателю импульс к дальнейшему самостоятельному их исследованию. Очень, на мой взгляд, важна для русского читателя шестая глава – «Упорядочивающее действие Бога», содержащая совсем нехарактерный для нашей традиции богословского мышления взгляд на соотношение общества, государства и Церкви. В восьмой главе «Закон и Евангелие», содержащей центральную для Лютера проблематику, эта сложнейшая тема изложена вполне доступно, причём автором не скрыты недоговорки и противоречия лютеровского учения. Лучшая глава книги, по моему мнению – девятая, «Церковь и Таинства»; здесь доступно и ясно изложена христианско-церковная парадигма, для православных новая, незнакомая, а поэтому порой совершенно не понимаемая. Подытоживая, можно сказать, что вообще для уяснения западной церковной и духовно-общественной жизни книга очень полезна – она как минимум расширяет кругозор и позволяет ознакомиться с иными точками зрения на многие волнующие нас сегодня проблемы.

IV

Переходя от общей похвалы к критике тех или иных «отдельностей» рассматриваемой работы, нужно отметить следующее обстоятельство. По большей части это недостатки не самой книги, а её, так сказать, «взаимодействия с контекстом». Книга, во-первых, написана немцем и для немцев – то есть предполагает укоренение читателя в своей традиции, которую не нужно объяснять; а во-вторых, она скорее «повествовательная» – в то время как русскому читателю, как мне представляется, нужны более простые и более систематические работы, объясняющие «азы» незнакомой ему западной богословской мысли эпохи Реформации. И, конечно, желательно, чтобы такие работы были написаны русскими писателями (надеюсь, что книга Ганса Шварца даст для этого импульс). Если же использовать переводные книги, то необходимо снабжать их соответствующим аппаратом. Автор очевидно опирается на знания, полученные средним немецким читателем в гимназиях (где период Реформации изучается весьма подробно); но реалии, которые в силу этого автор упоминает как само собой разумеющиеся, русскому читателю вовсе неизвестны. Приведу примеры. Ганс Шварц пишет: «4 мая на пути домой Лютера похитили близ замка Альтенштайн, и в конце концов спрятали в Вартбурге» (стр. 27). Любой немец, конечно же, знает, что такое «Вартбург» – замок в Тюрингии, принадлежащий курфюрсту Фридриху Мудрому; русскому же читателю это вряд ли известно; нужно давать примечание. На следующей странице (28) появляется имя Томаса Мюнцера, сыгравшего важную роль в жизни Лютера. Немецкому читателю не нужно говорить, кто это; читатель же русский в лучшем случае вспомнит, что Мюнцер был вдохновителем крестьянского восстания 1525 года, но его богословские взгляды, боюсь, известны и не всякому специалисту; а между тем в тексте имеются в виду именно они. На стр. 29 походя упоминаются «энтузиасты». Кто это такие и почему они играли столь важную роль в жизни и богословии Лютера (из-за них, как и из-за Мюнцера, собственно, во взглядах Лютера в середине 1520-х гг. произошёл значительный перелом), русский читатель, в отличие от немецкого, не знает ничего. Нужны редакторские разъяснения. На стр. 119 упоминается «квиетическое направление» – несомненно, здесь необходимо пояснить, что такое «квиетизм». И таких примеров немало. Сюда же я бы отнёс и то, что по прочтении книги, при всех её замечательных достоинствах, указанных выше, остаётся некая «недовыясненность»: всё же что такое «Sola fide»? Этот вопрос не разобран системно, именно потому, что немцы уже 500 лет знают, что это такое (во всяком случае, их учат этому в школах). Эта невыясненность, повторю ещё раз – не недостаток книги как таковой, но того, что она попала в совершенно иной контекст без аппарата. Указанные мною погрешности легко можно исправить, дав соответствующие примечания – что, как я надеюсь, и будет сделано во втором издании (которого книга, несомненно, заслуживает).

V

Зная по собственному опыту, как трудно переводить западные богословские тексты, я порадовался общей добротности и качеству перевода. Недостатки касаются частностей, но среди них есть, на мой взгляд, важные частности, на которые нужно указать, чтобы исправить их в дальнейшем. Опять же это касается контекста. В русском языке понятие «старая вера» (стр. 37 и др.) устойчиво связано со злополучным расколом в Русской Православной Церкви XVII века; поэтому это немецкое словосочетание лучше бы переводить как «католическая вера» или что-нибудь в этом роде. Также следует хорошо разграничивать русские понятия «реформаторский» («реформатский») и «относящийся к Реформации». Первое понятие приобрело у нас узкий смысл, указывающий на учение и деятельность швейцарских реформаторов Цвингли и Кальвина; второе понятие более широкое. Поэтому, например, на стр. 35 корректнее было бы написать: «Это была попытка примирить реформатскую (а не «реформированную») точку зрения южных немцев с идеями лютеран…», а на стр. 186 – «…эти его взгляды в значительной степени развивались на основе уже изложенных здесь идей Реформации» (а не «реформаторских идей»). Наконец, нужно отметить, что в западной церковной традиции Десять Заповедей имеют другую нумерацию, чем это привычно нам (Первая и Вторая заповеди объединены в одну – 1-ю по западному счёту; далее всё сдвигается на одно числительное назад, так что, скажем, «наша» 5-я заповедь о почитании родителей «у них» – 4-я; а «наша» 10-я заповедь разделятся в западной традиции на 9-ю и 10-ю). Это неучтённое обстоятельство несколько раз по ходу книги (напр., на стр. 47 и др.) сбивает с толку русскоязычного читателя. Здесь нужно либо давать примечание, либо просто исправлять данную особенность без оговорок (как это, например, делается с исчислением этажей при переводе немецких текстов).

VI

И, наконец, о неприятном. Явным недостатком книги является произвольное расставление знаков препинания. По правилам русского языка далеко не все вводные обороты выделяются запятыми, что программой «Word» часто не учитывается (пример особенно некорректной постановки запятой после слова «однако», меняющей смысл самого по себе довольно сложного для восприятия предложения – в последнем абзаце на стр. 70). Желательно, чтобы при переиздании книгу просмотрел опытный корректор и исправил эти досадные огрехи, значительно снижающие восприятие текста.

В целом же книга Ганса Шварца «Мартин Лютер. Введение в жизнь и труды» весьма хороша и несомненно послужит расширению богословского кругозора заинтересованного читателя.

comments powered by HyperComments

Читайте также:


НаверхНаверх
© Михаил Терентьев, 2015 igpetr.org